Теперь мы все из Беслана…
Элина БЯЗРОВА
- Посмотри, вот фотография моей племянницы. Ты только посмотри, какая девочка!
С большой фотокарточки огромными зелеными глазищами на меня смотрела девочка лет десяти, в белом платье и белой шляпке, с красной розой в руках.
- Какая красавица, просто чудо-ребенок! Была…
Это слово, перечеркивающее жизнь, казалось, обронилось само собой. Чудо-ребенок, зеленоглазая красота уже никогда не вырастет, не станет женой, не родит своих детей. Вместе со своей мамой она погибла в школе. По чистой случайности я встретила тетю девочки, только что приехавшую из Беслана, свою соседку, вдову, совсем недавно потерявшую мужа, и теперь вот - новое горе... Наверное, у всех там такие глаза - воспаленные от недосыпания и сухие, невыносимо, страшно сухие - все слезы уже выплаканы...
Еще несколько дней назад казалось, что ничто не имеет значение перед лицом этого ужаса, что сотни убиенных в Беслане детей и взрослых заставят этот мир очнуться, пробудиться от равнодушной спячки. Мир, в котором сильный пожирает более слабого и где царят отвратная возня и пихание локтями в попытке поделить весь шар земной на сферы влияния. А нездоровая зацикленность на сверхновых технологиях, в основе своей направленных на создание усовершенствованного оружия для массового убийства себе же подобных, приобрела глобальные размеры. Этот мир ушел далеко… Но не вперед, в сторону от нормальной здоровой жизни. Практически у всех нас основные акценты человеческих ценностей, жизненных приоритетов оказались сильно смещены. Это осознаешь более четко, когда происходит воплощенное черное Зло перед лицом которого все бытовые проблемы и наши людские переживания еще недавно казалось бы столь значимые, вдруг сдуваются как воздушный шар и теряют всякий смысл.
Таких вещей, как трагедия Беслана не должно быть вообще, не должно быть никогда. Этот удар был сокрушителен и бил он по самому святому для человека - по маленьким беззащитным детям, по будущему. И Человек принял этот удар не подготовленным и растерянным. Он позволил этому удару Быть…
Мы можем сколько угодно вопрошать: как могло произойти такое? До какой степени можно уничтожить в людях человечность, самые глубокие инстинкты, в том числе инстинкт, который является фундаментом, живым источником жизни - инстинкт материнства, чтобы в женщину вложить стремление убить ребенка. Беслан дал ясный ответ: подобное не просто возможно, оно уже существует и мы должны осознать это явление, чтобы дать ему достойное противодействие. Это означает, что сегодня создалось мощное оружие, которое способно разрушить самые глубокие созидательные процессы человеческого подсознания, саму суть и основу личности и превратить его в управляемое создание не способное на чувство и несущее насилие и смерть. Нам нужно четко осознать, что психологическое оружие существует и оно гораздо опаснее и беспощаднее любого вида вооружения. Осознать, чтобы быть способными на эффективное сопротивление. Осознать, чтобы Беслан никогда не повторился.
…Пустая кассета, переданная террористами оказывается с записью (говорят со страшной записью пыток над детьми, которую видавшие виды силовики смотреть просто не могут).
Цифра заложников от 150 человек постепенно вырастает до "более 1200". На сегодняшний день в списках 1388 бывших заложников.
По словам заложников шахидок было четверо, по официальной версии - две, журналисты скромно не упоминают больше о смертнице в белом халате, прорывавшейся пока в больницу, а после в оперативный штаб, с целью взорвать себя. По первоначальной информации она была задержана живой вместе с другой шахидкой.
Жуткая цифра - погибших взрослых и детей постепенно вырастает от 12 до 20… до 100… до 150… до 300… до 335 по официальной версии и вдумайтесь, что означают эти цифры для каждого жителя этого города, для каждой семьи Беслана - около 600 погибших по словам бесланцев.
Сведения о том, что заложники узнали в нескольких террористах бывших рабочих-ремонтников школы, единожды прозвучав по центральному телевидению, больше не просочились ни на один канал.
По мнению заложников оружие все-таки было спрятано под полом в библиотеке и спортзале, но работников федеральной прокуратуры, кажется, мнение их не особо интересует.
Информация журналистов должна была стать ложью во благо, смягчить удар, подготовить людей - это понятно, но вместо этого она стала в их глазах просто Ложью. А для тех, кто сидел в спортзале, и кого террористы заставляли смотреть телевидение и, измываясь, твердили "вы просто скотина, которая на хрен никому не нужна" - она стала и болью и лживым свидетельством того, что "действительно не нужны". Если тогда подобную дезинформацию еще можно было с большой натяжкой понять, принять и объяснить ее благими намерениями (непонятно для кого благо, бесланцы отлично знали, сколько в школе людей и кричали журналистам в лицо: "Почему вы все время врете, их там более тысячи!"), то чем сейчас объяснить некоторый разнобой в вышеприведенных данных? В том числе в количестве бандитов - некоторые заложники утверждают, что их было около 50, тогда как официальная версия: тридцать два трупа и та сволочь, извиняюсь за недамское слово, что клялась Аллахом в том, что имеет двоих детей и хочет жить...
После двух траурных дней по всем информационным и аналитическим передачам мусолится версия о том, что местные ополченцы помешали эффективному проведению операции - вот такие вот паразиты, досадно мельтешили под ногами у крутых спецов. Может быть мешали, может быть, да и скорее всего, непрофессионально действовали. Но, во-первых, какие они, к черту, ополченцы - это слишком нейтральное слово, позволяющее не вспоминать о том, что эти люди с носилками и оружием - отцы, мужья и братья заложников, и свинство - валить все с больной головы на здоровую. К тому же на месте их просто не должно было быть. Ведь все мы хотя бы по киношным сценам помним о необходимости оцепления, через которое крутые широкоплечие амбалы призваны не пропускать ни одно гражданское лицо. Почему оцепление не было поставлено - вопрос далеко не риторический, но ответ на него никто не торопится давать. Судя по всему, руководство МВД Северной Осетии кино не смотрит. Впрочем, время от времени всплывает мнение о том, что присутствие родственников было допущено не случайно - чтобы было, на кого валить вину за неэффективность операции в случае неудачного исхода. Во-вторых, недавно в передаче "Человек и закон" журналистом Пимановым ясно была озвучена информация о том, что основной части альфовцев и спецназа ФСБ на месте к моменту взрывов у первой школы вообще не было. По одной из версии они проигрывали вероятность специальной операции - штурма, то бишь, в другой, схожей по архитектуре школе Беслана. А суть дела такова, что если хоть мгновение, хоть определяющих десять минут силовики бездействовали, то место их заняли сами жители, которым, извините, нужно было спасать своих детей.
В бывшем советском народе, если мне позволят вновь употребить это объединяющее понятие, постепенно угасает так тщательно вскормленное в нем, полупринудительное чувство ответственности за то, чем мы занимаемся. Массовое "любительство", равно как массовый алкоголизм или наркомания, вошло в нашу кровь, стало естественной частью нас всех. Поэтому, когда употребляют слово "профессионал" - это априори ко многому обязывает.
Во всех передачах и ток-шоу, посвященных событиям в Беслане неназойливо возвращались к теме героического самопожертвования спецназовцев, которые живым щитом встали на защиту детей. Это - правда, причем настолько убойная, что ничего не возразишь, тем не менее возразить хочется, пусть и с угрозой того, что эти слова вызовут праведный гнев. Профи действительно спасали детей и погибали. Пару раз по российскому телевидению прокрутили кадры с мальчишкой в больнице, который даже назвал подарок, большую мягкую игрушку - "Спецназ". Но и десятки вполне мирных граждан также спасали детей, и знаурский парень Н.Габараев, по словам его друга, вытащил 13 детей а с 14 на руках был убит. Но разница между ними - как пропасть: страна не может позволить себе бросаться суперпрофессионалами, отдавать их на отстрел куче бандитов. У них несколько другая специфика их непосредственных обязанностей. Поясню эту мысль: профессионалы из Службы Безопасности (ФСБ) должны были, по долгу службы, предотвратить теракт, обезопасить население - не смогли, хотя в наличии, как оказалось, имелись сведения о том, что, 1) "через территорию Грузии к Северному Кавказу продвигается группа хорошо подготовленных террористов с целью устроить теракт в одном из учебных заведений" (РТР), и 2) "за 2-3 дня (!!!) до 1 сентября местные жители предупреждали правоохранительные органы о появлении подозрительных машин" (информация промелькнула по центральным каналам). Профессионалы же из спецподразделений типа "Альфы" не должны были стать живым щитом. Непосредственным профессиональным долгом их было: подготовить спецоперацию и оказать достойное сопротивление террористам, поскольку это спецы из антитеррористической организации, а не из МЧС. Это - также не получилось, и сегодня руководство специальных силовых ведомств, и в первую очередь ФСБ, не имеют морального права прикрывать свой непрофессионализм героическим поступком погибших ребят. Они - выполнили свой человеческий долг, руководство - бездарно провалило свой профессиональный. После "Норд-оста" многие говорили о страшной ошибке: трехдневное выжидание и последовавшая операция привели к гибели более полутораста человек. К чему привело трехдневное выжидание в Осетии мы уже знаем… Судя по всему действия спецслужб по одной и той же схеме настолько предсказуемы для террористов, которые "далеко не лохи" даже по мнению "альфовцев", что те заранее просчитывают их действия и очень профессионально учитывают любую вероятность любого хода событий, вплоть до использования камер внутреннего и наружного наблюдения. Хочется надеяться, что на ошибках способны учиться не только бандиты.
Мне неприятно писать эти циничные слова, но вокруг черной сентябрьской трагедии в Беслане устроили отличную пиаровскую шумиху, подобно стервятникам используя шокирующие кадры с окровавленными и обожженными детьми - что в мелкопаскудной грузинской прессе, что в западной, уровнем покрупнее. Сегодня Запад позволяет себе пенять России на бессилие, просит объяснений, почему на ее территории стал возможен такой страшный теракт, уже назойливо советует убраться из Чечни или с Северного Кавказа вообще, виртуозно оперируя фактами, аргументами и политическими выкладками. Разумом понимаешь, что это правила игры в Большую Политику, но что-то в сердце колет иногда и спрашиваешь себя: где же их естественные, человеческой сущностью продиктованные чувства, где же нормальная человеческая реакция? Кто правит этим миром, и чья дирижерская рука ведет нас? Если эти элегантно одетые люди в хорошо подобранных в тон галстуках, которые изъясняются на птичьем языке политики - лучшие представители рода человеческого, Лидеры народов - то грош цена такому человечеству. А еще, да простят меня россияне, но грош цена такой огромной стране, убежденной в своем могучем потенциале, которая до такой степени не может защитить своих маленьких граждан, да еще пытается объяснить свое бессилие и бездейственность "неожиданной жестокостью бандитов", и плохим финансированием специальных антитеррористических структур. Один из руководителей знаменитой "Альфы" сразу после теракта заявил, что "защищенность населения заключается в хорошем финансировании таких организаций, как наша". Высказывание в контексте ситуации крайне несвоевременное и цинизмом отдающее, хотя и не лишенное логики. После развала Союза опека над спецслужбами и внимание к ним, в том числе материальное не просто снизилось. Под шумок гласности и всяческих реформ проводился едва ли не целенаправленный развал работы этих ведомств - некогда предмет особой гордости страны Советов. Тем не менее, по аналогии и в противовес на ум приходит случай с итраписской женщиной, голыми руками задушившей волка, который напал на нее - это называется волевой способностью к самозащите. Женщину эту никто не финансировал, и никакого спецоружия у нее также не было.
В сентябре 2004 года Российская Федерация наконец-то (!) вспомнила о том, что на территории ее проживает не только русские, и что нет такой нации - лица кавказской национальности, а есть осетины, армяне, адыги, чеченцы. Только бесланские события, всколыхнувшие сознание и чувства всех нормальных людей напомнили о том, что надо бы сплотиться перед лицом очень непосредственной, очень реальной угрозы, в том числе угрозы для существования бывшей великой державы как таковой. Сегодня руководство России пытается предпринимать шаги, необходимые меры, выступает с инициативами, которые призваны совершить глобальные перемены в жизни страны, и прочее. Сегодня она заявляет всему миру о праве на превентивные удары по базам террористов. И хотя заморское слово это означает "предотвращать" - но уж лучше до такой степени поздно, чем никогда. И сегодня, как это издревле велось на Руси, ищет она виновных на скорую руку и уже президент Дзасохов, помня библейскую притчу о козле отпущения, громогласно отправляет в отставку все правительство (хотя, между прочим, не членов правительства бесланские женщины умоляли поговорить с террористами). Изначальную же просьбу об отставке министра МВД К. Дзантиева он предусмотрительно не удовлетворил, очевидно, для того, чтобы было посредством кого изображать бурную деятельность по наказанию виновных. И не от гнева ли людского столь поспешно убрали с глаз долой и горе-министра, и начальника ФСБ РСО-Алании В.Андреева? Не есть ли это попытка сместить внимание с фигуры гораздо более значимой - самого Президента?..
Ведущий одной аналитической передачи спросил, хотя время вспять не повернуть и условное наклонение уже ничего не изменит: "Что было бы, если бы Дзасохов, Зязиков и Аслаханов приняли условия террористов и пошли на переговоры?" Что было бы, мы уже никогда не узнаем. Возможно, это ничего бы не изменило, возможно, жизни вышеназванных трех высокопоставленных лиц действительно грозила реальная опасность, а может быть, это спасло бы людей. В любом случае, эти три человека сделали свой выбор. И Зязиков, который спрятался так, что его просто невозможно было найти, и Аслаханов, которому террористы бросили циничный упрек: "Если тысяча двести людей, большая часть которых - дети, для вас не предмет для разговора…", и осетинский президент, который сделал свой выбор еще задолго до трагедии, еще когда разрешил поместить бандитов, бесчинствовавших в столице Ингушетии, в тюрьму Владикавказа. Хуже подставить свой народ под месть террористов он, очевидно, и не смог бы.
В мире ничего не перевернулось и никакого просветления, осознания бессмысленной жестокости самоубийственных политических игр, воин и терактов мы не можем наблюдать. Прошла волна митингов в поддержку осетинского народа, митингов солидарности и сопереживания, в которых призывали к борьбе против террора, в которых люди, еще не потерявшие способность плакать над погубленными детскими жизнями и сломанными судьбами оставшихся в живых высказывали свою боль и гнев или просто молча шли ночью с десятками тысяч зажженных свеч как в Риме. И не знаю почему, но это молчание и свет горящих свечей в руках 150 тысяч итальянцев были особенно дороги…
В те дни, когда весь мир пытался выразить свою скорбь, принося к зданиям российских посольств цветы, игрушки и воду, лишь у посольства России в Тбилиси люди собирались не для того, чтобы помянуть жертв трагедии, не для того, чтобы зажженные свечи напоминали о боли, переживаемой рядом с ними. На транспарантах тбилисцев, собравшихся на митинг у посольства, было: "Верните наших журналистов", "Журналистов подвергают репрессиям" и т.д. Иначе как эмоциональным окаменением и безграничным равнодушием это не объяснить.
Мне казалось, что огромную заполняющую все твое существо боль невозможно оформить в слова, выразить печатными буковками. Эта боль оглушила весь осетинский народ, вывела из душевного равновесия сотни тысяч людей во всем мире. Она ранила наши сердца, и хотим мы этого или нет, но раны эти не скоро еще заживут, и эхо трагедии Беслана долго еще будет откликаться в виде сердечной боли или в виде слез женщин разных национальностей, которые оплакивали осетинских детей, но в слезах этих был и подавляющий, могучим материнским инстинктом вызванный страх за своих собственных детей. А еще этот в кровавые оттенки окрашенный сентябрь надолго поселит в наших сердцах чувство бессилия и горечи.
Сегодня каждый без исключения бесланец нуждается в психологической и физической реабилитации, в восстановлении себя и никакая страна, никакая гуманитарная организация не в состоянии обеспечить им это для более-менее полноценного возврата к жизни - спокойной, наполненной будничными заботами, радостями и печалями. И никто не в силах разделить с этим городом то, что произошло. Никто не сможет переложить хотя бы малую толику этого трехдневного безумия на свои плечи. Мы можем лишь сопереживать и сострадать, и пытаться найти выход гневу и боли - пока тщетно. А еще мы можем понять их боль и не оттолкнуться от нее внутренне, не самоотстраниться от ее неподъемного груза, ведь южане перенесли кровавую войну, пытки, свой собственный ужас и горе, свой момент истины - в 92-ом году, перенесли Ередви и страшную Зарскую трагедию, когда обезумевшие толпы цхинвальцев бежали к городскому моргу, чтобы узнать чьи родные - дети, жены, отцы были расстреляны. Тогда казалось, что ничего страшнее Этого просто не может быть, не должно быть… Оказалось, что может. Страшнее расстрела детей, женщин и стариков может быть расправа, изуверская, нечеловечески жестокая расправа над детьми и самое страшное - чего быть не должно среди людей вообще - это стремление уничтожить человеческую сущность в маленьких детях, которые только начинают познавать эту жизнь. ("Все равно среди вас рождаются только наркоманы и проститутки"). Есть нечто, что нельзя простить и нельзя понять - это попытка морально распять человека, сломать его дух, растоптать его достоинство. И никакие идеалы, никакая псевдорелигия не могут служить оправданием, ибо это люди глубоко неверующие, настолько глубоко, что посмели посягнуть на творение Божье, творение Аллаха Всемогущего и попрали Коран, сурово запрещающий трогать не только женщин и детей, но и слабых, немощных мужчин.
Память удивительная штука, все эти дни она возвращает нас к первой школе и в мозгах навсегда уже застряли и огромный ОМОНовец, который как ребенок рыдает, прижимая к себе хрупкое тельце маленькой девочки и молодой парень, который стоит на коленях на почерневшей от людского горя земле Беслана и бессильно царапает эту землю своими руками. Память наша заставляет всплывать обезумевшие от страдания лица матерей и отцов, огромные - в пол-лица, распахнутые глаза детей, которых взрослые не-человеки вышвырнули из детства и заставили познать самую страшную и самую низкую оборотную сторону жизни и недетские душевные раны которые долго придется залечивать и реабилитировать, чтобы они забыли свое, такое взрослое горе и убили страх в своих сердцах - если это в силах человеческих и Божьих. А как быть со всем городом, с каждым большим и маленьким горожанином Беслана, которые в эти три дня прожили и пережили самые страшные, ни пониманию разума, ни чувствам неподвластные страдания, свой собственный момент истины, который разделил жизнь города на "до" и "после". До праздничной линейки 1 сентября и после давящего ужаса маленького конца света в отдельно взятом городке 3 сентября.
Любая попытка анализа этих событий в сущности ни к чему не приведет. Это будут или умозрительные построения версий типа "что было бы, если…", или рассуждения на тему возможности предотвратить этот ужас, или поиски виноватых… В любом случае мысленное убегание - неразумно, нам должно хватить сил и мудрости, чтобы принять все, что произошло в Беслане как данность. Многие видят в этом некий Божий промысел, испытание свыше и задаются вопросом "За что?". За что оно выпало на долю осетинского народа? Но бесланскую трагедию нельзя ограничивать драмой только лишь осетинского народа - это преступление против всего человечества, против основ его внутреннего духовного устройства.
Что касается народа Осетии, то, возможно, мы не смогли полноценно пройти через наши предыдущие испытания, не смогли понять и усвоить уроки Прошлого. В своей разобщенноcти и непонимании, в равнодушии и неприятии друг друга мы позволили уничтожать себя и физически, и духовно. Есть надежда, что Беслан не пройдет бесследно для моего народа, что горечь от потерь трансформируется в созидание, позволит спаять весь народ - накрепко. Позволит ему проявить всю мощь и волю, талант и духовную силу. Боль - туго натянутая струна, вернее бесконечное множество струн - жил, которые того и гляди лопнут. Она застряла внутри и не может проявиться, найти выход в виде крика или слез. Осетия должна пробудить себя в жизнь от Этого, пробудить в реальность, в которой надо будет учитывать уроки сентября. Нужно будет учиться защищать себя и своих детей, ибо "Осетия - это не полигон для таких страшных испытаний" (Э. Кокойты).
P.S.
Сотни взрослых людей, предлагавших себя в заложники.
11-летний мальчишка, который побежал было после взрыва, но вернулся, чтобы помочь раненому другу и был убит.
Пожилой учитель физкультуры, грек по национальности - он пошел на верную гибель, бросившись на защиту детей.
Обычный полноватый пацан, лет 11-12, которому безграничное мужество позволило вернуться в спортзал и вытащить 7 или 8 совсем маленьких детей.
Маленькая девочка - первоклассница, которую вы могли запомнить по передаче Мамонтова, она не только вернулась в спортзал после взрыва - за своей мамой, но до этого раздобыла целый стакан воды и отдала его отцу - диабетику, терявшему уже сознание.
Раненный осетинский мальчик, со смешным акцентом выговаривающий в больничной палате Москвы: "Я - осетин. Я - мужчина!" И это было сказано сильно.
…Это малая толика примеров запредельного мужества жителей Беслана. Вы - символ своей родины, символ ее отваги, героизма и любви к ближнему. И в таких наших детях - дигорцах, иронцах, кударцах - будущее Осетии, ее надежда, ее воля к жизни..
|
