Далеко ли до двуязычия

Вячеслав Иванов, аспирант филологического ф-та СПбГУ

В газете «Северная Осетия» от 18 июня 2002 года в статье о национальной политике были опубликованы слова Председателя Союза писателей РСО-А К. Х. Ходова: «Не потому ли многие осетины не хотят активно пользоваться родным языком, что русскоязычные никакого дискомфорта не испытывают из-за незнания осетинского языка?» Камал Хазбиевич (в изложении «СО») предлагает двигаться к истинному двуязычию, к повышению престижа осетинского языка, а начинать призывает с… общения со своими детьми на родном языке.

Позволю себе не согласиться с мнением известного и уважаемого человека. На мой взгляд, проблема осетинского языка как раз в его уходе в сферу внутрисемейного общения. Такой статус языка вряд ли можно назвать престижным, такое состояние языка не может быть названо живым.

К сожалению, я не вижу легких путей к двуязычию. Те пути, которые видятся мне, все-таки потребуют и капитальных вложений, и просто энтузиазма заинтересованных лиц. Как, интересно, может сложиться двуязычие, если осетинским языком будут владеть только дети, воспитывавшиеся в осетинских семьях? А кто подумает о детях в смешанных и неосетинских семьях? Тем не менее, учить языку необходимо в самом раннем возрасте. Стало быть, делать это можно в детских садиках (которые сейчас многие ругают именно как приучающие к русскому языку). Учить детей новому для них языку даже в младшей школе уже поздно (в чем можно убедиться на тысячах наших сограждан, не умеющих составить элементарной фразы на иностранном языке, который они учили в школе 6–8 лет).

Массовое преподавание осетинского языка (а в идеале сплошное его использование в воспитательном процессе, если мы стремимся к реальному двуязычию в будущем) потребует большого числа подготовленных специалистов, которых, боюсь, на сегодняшний день в республике нет. Несомненно, к такой нелегкой и душевной работе людей надо привлекать хорошей зарплатой — и это далеко не единственное серьезное вложение, которое придется сделать на этом пути. Необходимо, например, создать методические пособия для воспитателей, адаптировать известные (и придумать новые) языковые игры и т. д.

Именно вырастив двуязычное поколение, для которого общение на осетинском будет не менее естественным, чем на русском, мы сможем прийти и к высокому престижу осетинского языка, и к его широкому использованию. Никаких других путей к этому мне не видится. Языковая ситуация всегда и во всех условиях характеризуется особенной устойчивостью — и дело тут не в особом нежелании русских осваивать осетинский язык, и уж тем более не в каком-то особом отношении народов республики к осетинскому народу. Осваивать новый язык в зрелом возрасте всегда сложно — потому в ряде регионов мира поставленные перед выбором «учить или уезжать» люди зачастую выбирают второе. К слову, учить осетинский сложно еще и потому, что остро не хватает учебников для изучающих язык «с нуля».

Наконец, поднять престиж осетинского языка можно специальным молодежными программами. Осетинский язык должен быть модным в молодежной среде.