Не ходите, дети, в Африку гулять!

Инга Кочиева

Речь М.Саакашвили в Тбилиси на церемонии награждения выпускников военной Академии Грузии уже можно считать объявлением войны Южной Осетии и, пожалуй, России тоже, поскольку угрозы звучали по обоим адресам. Пока президент Грузии гостил у земляков в Иране, события в Южной Осетии развивались, хоть и динамично, но, в общем, предсказуемо. Появление черта из табакерки оттягивали, как могли, сами первые лица грузинского руководства, зная, что придется формировать идеологическое обеспечение диких фантазий президента уже вдогонку, пытаясь представить все как глубоко продуманный процесс.

Загадочно засекреченное возвращение президента из Ирана наводит на мысли. Почему не показали его возвращение и встречу в аэропорту, как это принято? Он должен был уже сойдя с трапа дать оценку произошедшим за время его отсутствия ЧП, этой оценки ждал его народ. Возможно, президент был в шоке, поняв, что дело зашло глубже, чем ему сообщили об этом по телефону в Иран, стараясь, чтобы он не разволновался сильней, чем надо и не прервал свой визит раньше времени. Кто эти загадочные кукловоды, которым мешает присутствие неспокойного "команданте Че", как романтично называют "революционера" Саакашвили на Западе (хотя, скажем, жители сел, которым настойчиво навязывают гуманитарные радости, назвали его по-простому - "Мишка-гербицид")? В течение четырех часов президент проводил совещание с силовиками, о результатах которого также ничего не известно. Помнится, даже Сталин был так потрясен в начале Великой Отечественной, что несколько дней не мог сформулировать свое знаменитое обращение к советскому народу. Странно закамуфлированный звонок В.Путину, о содержании которого ничего не передали обе стороны, возможно, также как и их встреча, был сделан в предельно неформальном виде. И только поздно вечером министр обороны Г.Барамидзе попытался как-то интерпретировать содержание разговора, сказав, что речь шла о взаимном контроле ситуации в зоне конфликта.

Динамика событий вывела грузинского президента из состояния оцепенения и заставила действовать. Причем действовать он начал как обычно, привычным путем - речью на площади. Содержание речи можно опустить, оно повторяется от митинга к митингу. Но все же некоторые моменты надо отметить, поскольку в них обрисовался уже другой уровень конфликта: М.Саакашвили призвал Грузию к священной войне с агрессором. Теперь в этой роли, по его мнению, выступает Южная Осетия, так что, все поменялось местами. "Каждая семья должна стать штабом обороны, вся экономика, каждый лари должны идти на укрепление армии, все силы должны быть направлены на оборону страны от агрессора". Досталось, впрочем, и России, без помощи которой агрессор не был бы так страшен: "Всех русских элементов, которые пришли помогать сепаратистам из Владикавказа, с Северного Кавказа, из Красноярска (?!), которые хотят пролить нашу кровь, мы утопим в их собственной крови! Их встретит здесь не та Грузия, какой она была в 1991 году, у нас достаточно сил, чтобы отстоять свою свободу. Никто больше не поставит нас на колени".

Надо отдать должное ораторскому таланту грузинского президента, он так умеет накрутить толпу, что успешно гонял половину Грузии сначала на Тбилиси, затем на Аджарию. Возможно, крики "банзай!" раздавались и в этот раз, но очень тихо. Затем, состоялся парад выпускников Академии. По площади промаршировали грузинские военнослужащие под старый русский военный марш. Огромная связка воздушных шаров с прикрепленным к ней грузинским флагом все пыталась взлететь за спиной у президента и падала обратно. К ней подбегали специальные люди и судорожными движениями пытались незаметно для телекамер подтолкнуть их вверх, но безуспешно. Так шары с флагом и свалились куда-то в толпу. Замечательный символ, надо сказать, такой же, как тот, когда лошадь Ильхама Алиева съела розу, подаренную Михаилу Саакашвили.

Надо ли было ставить на колени полицейских, взятых буквально "тепленькими", не успевшими сообразить, что произошло? Те, кто успели скрыться, рассказывали грузинскому телевидению о "сотнях спецназовцах, окруживших все село". Их взяли не в бою, без всякого сопротивления, а лежачего, как известно, не бьют. Поэтому к стоящим на коленях мальчишкам в голубых форменных рубашках было смешанное чувство жалости и стыда. Это чувство хорошо передала Жанна Мещерякова, которая с портретом погибшего от грузинских рук сына пришла проводить освобожденных полицейских: "Маме скажи, чтобы не пускала тебя больше сюда!" В общем, маленькие дети, ни за что на свете не ходите в Африку гулять!

В связи с чувством жалости хочется обозначить некоторые акценты. Во-первых, мы действительно не хотим войны, особенно хорошо это чувствуют те, кто пережил все "прелести" прежних событий. Чистая правда и то, что сами грузины, живущие в Южной Осетии, изменились. Многие из них поняли, что за столько лет осетины вполне могли бы уже закончить кровавую вендетту, перейдя к методам терроризма. Менталитет не позволяет воину-осетину убивать исподтишка, скажем, крестьянина, поливающего свой огород, только за то, что он - грузин. Поэтому, когда в начальный период обострения ситуации в июне из близлежащих грузинских сел стали вывозить детей, это было знаком к тому, что они собираются начать военные действия. Это так, потому, что никогда бы осетинская сторона не совершила нападение на мирное село, они это знали всегда.

Но вернемся к нашим парадам. Возможно, вспыльчивый грузинский президент, привыкший к митинговым победам, слишком рано обозначил акценты, объявив войну, которую Грузия никогда не начнет. Поэтому внезапно родился план его визита в Великобританию. Хотя, впрочем, такие визиты, как правило, планируются заранее, но в трудную для страны минуту, опасно держать "при дворе" эмоционально невыдержанного главнокомандующего армией. И чтобы президент не передумал ехать в Лондон, кукловоды срочно уговорили его в необходимости перенести борьбу с сепаратизмом на международную арену и показать всему миру, что правда на грузинской стороне. За время его отсутствия можно будет заняться серьезными делами. Например, поговорить начистоту с российской стороной и предложить какие-то реальные гарантии "хорошего поведения", а не абстрактное введение безвизового режима в одностороннем порядке. Этот режим интересует больше самих грузин, проживающих на территории России.

Что предложит Москве Гела Бежуашвили, секретарь Совета Безопасности Грузии, направившийся туда со срочной деловой поездкой? Отказ от интеграции с НАТО? Он уже и рад бы, но каким образом - сколько должна будет Грузия вернуть Западу за все, что она получала все эти годы? Южная Осетия столько не стоит. А, впрочем, если бы Россия хотела пойти на уступки, это было бы видно уже из встречи Саакашвили с Путиным. Значит, этот вопрос для себя Россия решила.

Это стало ясно также из заявления Госдумы "В связи с обострившейся ситуацией в Южной Осетии". Трудно поверить, что эти экстремистские заявление делали те же депутаты, которые совсем еще недавно не хотели осложнять отношений с Грузией и упорно твердили, что России "хватит одной Чечни". Теперь уже речь шла о том, что "Россия должна, наконец, начать отбирать свои пяди и крохи", что "пришло время назвать вещи своими именами" и все в таком духе. Однако все эти страшные угрозы не вошли в основной текст заявления, которое, в конце концов, приняло все же весьма дипломатичный вид. По сравнению с прежними заявлениями, это, конечно, мощный прорыв. Чего стоила, к примеру, странная просьба в одном из прежних заявлений о том, что если грузинская сторона предпримет вооруженные действия против Южной Осетии, то в них не должны принять участие подразделения, подготовленные американскими инструкторами, или что-то вроде этого. То есть, чтобы нас не очень больно зарезали. По сравнению с Владимиром Жириновским думцы, конечно, проявили завидную осмотрительность.

Тем не менее, мы искренне благодарны всем российским парламентариям, проголосовавшим за текст заявления, где были такие слова: "Осетия добровольно вошла в состав России в 1774 году как единая Осетия, а не Южная и Северная, - это единый народ". Несмотря на такую сногсшибательную динамику развития событий, все еще мало верится в то, что в России примут решение о присоединении Южной Осетии. Но если все же это произойдет, что ж, разве мы будем обузой? Разве мы не сможем доказать, что достойно будем представлять российский народ? Вспоминаются строки из письма цхинвальских стариков-ветеранов Великой Отечественной войны Михаилу Горбачеву в январе 1991 года: "…осетины верой и правдой служили России и принимали участие во всех ее военных кампаниях". Этот призыв о помощи Россия, кажется, услышала, спустя 13 лет. И это в том числе делает честь и ей самой - услышать и поддержать союзника, не бросать верных сограждан, да и вспомнить, наконец, сколько уже времени отступает Россия по этой дороге. Пусть Южная Осетия станет отправным пунктом возрождения могущества сильной державы - Российской Федерации!