Станислав Кочиев: «Мы должны быть готовы к любой провокации и укреплять нашу обороноспособность»

интервью брала Инга Кочиева

Сложившаяся в последнее время ситуация, создает тревожные настроения у населения республики. Нагнетание конфронтации происходит непосредственно на наших глазах, проявляясь в откровенно угрожающих заявлениях с грузинской стороны касательно разгула криминала в Южной Осетии. Созревание конфликтной ситуации — процесс длительный, однако, как мы помним, доведение подобной ситуации до вооруженных столкновений происходит довольно быстро. В разговоре с Председателем Парламента РЮО Станиславом Кочиевым мы попытались выяснить, насколько глубоко зашли существующие противоречия, ведь еще вчера на всех уровнях рекламировалась уникальность нашей миротворческой операции и успех переговорного процесса и какие существуют шансы избежать вооруженного развития событий.

- Осложнение отношений между Грузией и Южной Осетией и обострение ситуации к началу октября прогнозировалось. Таковы были предположения специальных структур — и российских, и юго-осетинских. Да и в Грузии, собственно, не скрывали всего, что происходило у них в парламенте и звучало из уст их политиков. В то время это связывалось с окончанием первого этапа подготовки грузинского спецназа американскими инструкторами — новоиспеченные «коммандос» должны были уже на практике показать, на что они пригодны.

Но реальная обстановка диктует совершенно иные условия. В Панкиси обострилась ситуация и Грузия попыталась провести так называемую антитеррористическую операцию, мы видели эти опереточные действия, которые грузинским руководством были названы очень успешными. На самом деле многие сомневаются в реальности проведенной операции. Она привела не к задержанию и выдаче международных террористов (а именно так их и следует называть, а не чеченскими боевиками, поскольку эти отряды составлены из представителей многих народов), что было бы логично ожидать в таких случаях, а к очередной договоренности с грузинской стороной. Теперь уже международные террористы должны были выйти к границе Панкисского ущелья и где-нибудь объявиться. В том числе, возможно, и в Южной Осетии. А грузинские подразделения, якобы преследуя эту банду, могли очутиться на нашей территории. Но жесткие действия со стороны России, руководства Южной Осетии сделали невозможным их появление здесь — поэтому они всплыли в Северной Осетии и Ингушетии. Этими же обстоятельствами объясняются и те действия, которые происходят сейчас в Южной Осетии — мы должны быть готовы к любой провокации, с какой стороны бы она не произошла, и укреплять нашу обороноспособность.

Я подчеркиваю, что мы придерживаемся исключительно мирного пути выхода из конфликта, только путем политических переговоров можно урегулировать отношения между Грузией и Южной Осетией. Сегодня, когда обострилась ситуация, мы принимаем и послов, и представителей грузинской общественности. По согласованию с нами, спикер парламента Грузии посетила грузинские села Южной Осетии, до этого здесь побывала министр культуры, а еще раньше премьер-министр Грузии. Мы не препятствовали этому. Лично я за подобные контакты, как и за контакты руководства Южной Осетии с представителями осетинской диаспоры во внутренних регионах Грузии. Мы убеждены, что в грузинском руководстве есть трезвомыслящие политики, которые живут не вчерашним днем, а в реальной обстановке, и с ними совершенно четко можно вести переговоры, приходить к каким-то соглашениям. Ведь известно, что ни один конфликт военным путем решен не был, наоборот, так они только обостряются.

- Думаю, что намерение части руководства Грузии, особенно тех, кто настроен проамерикански (сегодня они доминируют в правящей элите Грузии), не совпадает с менталитетом самого народа. И мне кажется, что в этом главная головная боль и кризис власти в Грузии. Это кризис власти, и разрешать его путем угроз против Южной Осетии, Абхазии и Аджарии — дело неблагодарное, это последняя соломинка, за которую они цепляются, чтобы остаться любой ценой у власти. Хотя сложно сказать, кто сегодня осуществляет реальную власть в Грузии — те, кого мы видим, или те, что незримы, но подмяли под себя официальную власть.

- Я считаю, что сегодня Грузия не в силах это сделать. И, по всей видимости, она рассчитывают на помощь тех, кто стоит за ней. Но сейчас ключевая роль принадлежит России, ее дипломатии, и ее позиции в отношении Южной Осетии и Абхазии. Мы видели совсем недавно провокационные действия против российских военных, и не думаю, что Россия останется безучастной к этим процессам. Вероятно, она сделает соответствующие выводы. Я абсолютно уверен, что российское руководство не настроено антигрузински. Оно настроено против определенных лиц, которые сегодня, к сожалению, доминируют в политике Грузии. И когда они проводят явную антироссийскую политику, то что остается России?.. Впрочем, я надеюсь, что все это не закончится кровопролитием. По крайней мере, на земле Южной Осетии…