Буря в горах
Инга Кочиева
Сочинская речь В. Путина фильтруется уже неделю политиками и аналитиками всех мастей. Главный вопрос, волнующий очень многих, в том числе и нас, несмотря на проявленную молниеносную готовность поддержать Россию, все еще не прояснился: Путин это всерьез или все же блефует, рассчитывая на поимку множества политических зайцев, и каких именно? Во-первых, граждане России должны увидеть, что их страна сверхдержава, которая может действовать без оглядки на США. Во-вторых, поскольку удар США по Ираку все же неизбежен, В. Путин решил «сделать лимонад из этого лимона», т. е., извлечь из ситуации хоть что-то полезное для России, например, одновременно заявить о готовности ударить по Грузии.
В довольно жестком тоне в заявлении говорится: если Тбилиси не допустит нападений международных террористов со своей территории на территорию России, «никакие меры и спецоперации не будут нужны». Однако, если Грузия не сможет создать зону безопасности в районе границы с Россией, Москва оставляет за собой «право на индивидуальную или коллективную самооборону». Оглушенная Грузия сразу заявила об объявленной ей войне, о российской агрессии и нарушении суверенитета. Но речь идет не о войне, и В. Путин очень осторожен в заявлении, в котором формально нет повода для обвинений в агрессии. За отведенное время чуть меньше месяца до Кишиневского саммита Грузия должна доказать, что она может своими силами справиться с боевиками, или же согласиться на совместную российско-грузинскую войсковую операцию, чего собственно Россия и добивается.
Грузия начала с судорожных попыток доказать, что она может. Силовики активно разворачивают «новые этапы» антитеррористической операции в Панкиси. Парламент Грузии даже внес поправки в статью госбюджета об обеспечении армии дополнительным финансированием. Однако новый этап операции, ознаменовавшийся шумным успехом, завершился еще более громким конфузом, давшим веские основания говорить о связях грузинской полиции с чеченскими террористами. Взятый в перестрелке на блокпосту у села Дуиси в Панкисском ущелье 30-летний чеченец Иса Мамедов исчез из больничной палаты. Исчез прямо из-под носа грузинской полиции и солдат внутренних войск, толпами бродивших по Ахмете. Не успели полицейские отрапортовать о победном успехе удалось задержать настоящего чеченского боевика, пытавшегося с двумя сообщниками вырваться на автомашине из блокированного ущелья как тут же вдогонку пришлось отправлять «наверх» новый рапорт: раненого в обе ноги Мамедова вынесли из больничной палаты, откуда предварительно был снят полицейский пост, и усадили в машину, которая ждала во дворе. Машина без помех прошла блокпосты внутренних войск, которые подчиняются непосредственно министру внутренних дел.
Определенно своими силами Грузии не справится. А согласиться на совместные действия означает отказ от прозападного политического курса, чего Грузия себе уже и позволить не может. Стало быть, все же война? Громкие заявления на столь высоком уровне обязаны иметь продолжение, иначе В. Путин дискредитирует себя в глазах мировой и российской общественности, и потеряет имидж сильного руководителя. Учитывая, что не за горами президентские выборы, России, скорее всего, придется осуществлять те положения заявления, в которых говорится о нанесении ударов по территории Грузии. Т. е., русские, может быть, и не хотят войны, но у них нет другого выхода. В таком случае интересно, выдержит ли российская армия затяжную войну на территории Грузии, если молниеносной победы не получится.
Еще в июне депутаты Госдумы пригласили на парламентский час министра обороны С. Иванова, чтобы обсудить реальное положение дел в российской армии. Поводом для этой встречи послужило публичное заявление начальника Генштаба А. Квашнина о «закритическом» состоянии армии. Министр, выступивший в Думе, ограничился определением «тяжелое». «Закритическое, сказал Иванов, это по сравнению с советскими временами. А тяжелое по сравнению с серединой 90-х годов. Сегодня ситуация меняется к лучшему», уточнил он. На всякий случай А. Квашнин заранее подготовил соображения по возможной атаке на террористические базы на территории Грузии. В его распоряжении имеются данные фотосъемки и космической разведки, сообщения активно внедряемой агентуры. По предварительным данным, для проведения возможной операции будет задействован недавно развернутый в Ингушетии мотострелковый полк 42-й дивизии, дислоцированной в Чечне. В боевых действиях будет задействован и Итум-Калинский погранотряд, постоянно участвующий в военных операциях против боевиков, состоящий из 21 заставы и усиленный мотострелковыми армейскими подразделениями. Роль главной ударной силы отведена подразделениям спецназа ГРУ, о которых столь лестно отозвался недавно президент и на которых в последнее время пролился дождь наград. В частности, из Ростовской бригады спецназа уже переброшено к границе несколько подразделений. По плану Генштаба, операцию начнут штурмовики фронтовой авиации, оснащенные высокоточным оружием. «Но все это может и не понадобиться», сказал глава Минобороны.
Остается предположить, как весь этот «ограниченный контингент» войдет на территорию Грузии. Попробуйте догадаться с трех раз.
Позиция Южной Осетии сформулирована в интервью президента Э. Кокойты газете «Время новостей», где он говорит о намерениях Южной Осетии объявить мобилизацию. «Мы призовем до трех тысяч резервистов и добровольцев это примерно половина личного состава регулярных вооруженных сил Южной Осетии. Выдавливаемые из Панкисского ущелья международные террористы рассредоточиваются по всему периметру грузино-российской границы, в том числе и в югоосетинском направлении. Мы отправим наших людей в основном в горные районы, в ущелья, чтобы предотвратить проникновение боевиков на нашу территорию
Мы уже пригласили российских военных. Мы готовы предоставить России свою территорию для борьбы с международным терроризмом. Пусть будет настоящая антитеррористическая операция, насмотрелись мы на эти спектакли, которые Тбилиси разыгрывает в Панкисском ущелье. Речь идет о безопасности России, ведь с территории Грузии совершаются террористические вылазки».
Логично будет добавить, что речь идет также и о безопасности Южной Осетии, которой предстоит жить на Кавказе при любом исходе антитеррористической операции. Поэтому Президент четко дает понять, что речь идет не о чеченском народе, а о международных террористах, среди которых могут быть и арабы, и чеченцы, и, если хотите, даже осетины. Даже небольшие группы боевиков могут представлять для Южной Осетии серьезную опасность вытесняемые из Панкисского ущелья, они вполне могут облюбовать себе нашу территорию для того, чтобы переждать здесь «бурю в горах».
Все же будем надеяться, что до настоящей бури дело не дойдет, но и рассчитывать на легкий сквозняк не приходится. Среди российских политиков немало таких, которые с настороженностью, а то и откровенно враждебно отнеслись к российскому заявлению. Алексей Митрофанов, например, представитель ЛДПР, заявил, что позиция несвоевременна. «Мы сегодня занимаемся ненужным разжиганием конфликта. Можем налететь на серьезные проблемы. А что там в Грузии интересного? Три барана в этом Панкисском ущелье. Не нужно устраивать истерику», говорит он. Есть также мнение, что Путина просто хотят оттащить от внутренней политики, чтобы он еще полгода расхлебывал проблему с Грузией. Тем не менее, Госдума приняла весьма жесткое постановление по ситуации в Грузии, предложив правительству России уже сейчас «рассмотреть вопрос о дальнейшей целесообразности предоставления Грузии экономической помощи, включая поставки энергоносителей на льготных условиях».
Дума также объявила о прекращении работы над проектом российско-грузинского Договора о дружбе, добрососедстве, сотрудничестве и взаимной безопасности. Это не такой эффективный шаг, как экономические санкции, но очень символический. Анатолий Чехоев, депутат от КПРФ, заявил, что «за последние полгода Госдума приняла три заявления, в которых Россия протягивает руку парламенту Грузии. Грузия же постоянно требует вывода наших миротворческих сил. Кроме того, на всех заседаниях парламента Грузии присутствует посол США».
Разумеется, последнее слово в этом российско-грузинском сериале остается за Советом Федерации, который, согласно Конституции РФ, должен одобрить вопрос использования вооруженных сил России за пределами ее территории. Совет Федерации, как известно, поддержал заявление В. Путина. Остается еще, правда Совет Безопасности ООН, который должен решить, существовала ли угроза миру, был ли акт агрессии. Но, поскольку это очень долгая процедура, Устав ООН не обязывает государство, подвергшееся агрессии, дожидаться санкции СБ.
О сроках начала возможных военных действий нет никакой информации. Но определенно до Кишиневской встречи ничего не будет, т. е., до 8 октября. Что касается Иракской операции, ее тоже ждут не раньше второй половины ноября, после выборов в Сенат. Трудно установить документально, была ли сделка «Ирак в обмен на Грузию», но очевидно, что Россия и США будут параллельно разбираться каждый со своим Хусейном. Джордж Буш ограничился лишь призывом проявить сдержанность по отношению к Грузии и дать ей шанс достичь общей цели, которая важна для Грузии, России и США схватить убийц из Аль-Каиды«. Он»очень ясно дал понять властям Грузии, что ждет от них поимки всех террористов «аль-каидовского типа» в Панкиси, прекрасно понимая бесполезность этого шанса.
И ты, Буш! Грузия не придумала ничего кардинальней, чем объявить о готовности принять в Панкиси наблюдателей ОБСЕ, и в первую очередь, представителей России, чтобы дать им убедиться в том, что операция в ущелье проводится. Параллельно Ирак устами премьер-министра Тарика Азиза заявил о готовности принять у себя наблюдателей ООН, чтобы убедить их в отсутствии ядерного оружия и даже лабораторий по его производству. Как считают обозреватели лондонской «Таймс», наблюдатели наверняка будут вести свои расследования дотошно, в агрессивном и наглом тоне, что, в конце концов, приведет к тому, что они будут выдворены из страны, как и в 1998 году. За этим последует войсковая операция СШ А.
Так же Грузия вряд ли сможет доказать пристрастным наблюдателям, что на самом деле справляется со своими террористами, они просто не захотят в это поверить. И за этим последует войсковая операция России. Разумеется, Вашингтон всякий раз будет осуждать российские бомбардировки, но и Москве, и Тбилиси от этого не будет ни жарко, ни холодно. Т. е., скорее всего, России дали понять, что протесты Белого дома будут носить формальный характер, и она постарается как можно рациональней использовать этот карт-бланш.
Южная Осетия четко обозначила свою позицию в этом раскладе сил, и хотелось бы, чтобы ее поддержка была оценена по достоинству российской стороной. Речь идет, конечно, не о материальном вознаграждении за верность. Есть много судьбоносных политических вопросов для Южной Осетии, которые решаемы только Россией
|